Сколько лежат после ампутации ноги

Сколько лежат после ампутации ноги

5.2. Часто люди путают права коллекторских агентств с правами Службы судебных приставов. И не только потому, что названия некоторых коллекторских компаний созвучны с наименованием подразделения, где трудятся приставы.

Коллекторы прибегают к запугиванию статьями из Гражданского и Уголовного кодекса, угрожают потерей имущества, судебным разбирательством. Поэтому человеку неосведомленному трудно отличить коллектора от представителя Службы судебных приставов.

На самом деле, права коллекторов в части взыскания долга ничем не отличаются от прав банка.

При злоупотреблении коллекторами или сотрудниками банка своими полномочиями сообщите что обратитесь в полицию по факту вымогательства (ст.163 УК РФ). Это умерит их пыл. Взыскать с вас долг может только суд. В суде просите применить ст.333 ГК РФ.

11.1. ☼ Здравствуйте, К сожалению не можете, парковать машину могут только инвалиды первой и второй группы

Желаю Вам удачи и всех благ!

В соцзащиту обратитесь

19.1. Но в принципе, не менее ччетырех месяцев- Приказ Минздравсоцразвития № 514 от 01.08.2007 «О Порядке выдачи медицинскими организациями листков нетрудоспособности»
Пункт 28:
28. На МСЭ направляются граждане, имеющие стойкие ограничения жизнедеятельности и трудоспособности и нуждающиеся в социальной защите, по заключению врачебной комиссии при:
———————————
Направление на МСЭ оформляется в соответствии с формой N 088/у-06 «Направление на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь», утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 января 2007 г. N 77 «Об утверждении формы направления на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь» (зарегистрирован Минюстом России 12 марта 2007 г. N 9089).

очевидном неблагоприятном клиническом и трудовом прогнозе вне зависимости от сроков временной нетрудоспособности, но не позднее 4 месяцев от даты ее начала;
благоприятном клиническом и трудовом прогнозе при временной нетрудоспособности, продолжающейся свыше 10 месяцев (в отдельных случаях: состояния после травм и реконструктивных операций, при лечении туберкулеза — свыше 12 месяцев) ;
необходимости изменения программы профессиональной реабилитации работающим инвалидам в случае ухудшения клинического и трудового прогноза независимо от группы инвалидности и сроков временной нетрудоспособности.

В медицинскую практику прочно вошли системы математического моделирования течения и исходов заболеваний. Актуальность создания таких систем для прогноза и профилактики осложнений послеоперационного периода велика, так как хирургические вмешательства, особенно выполняемые по поводу критической ишемии нижней конечности, сопровождаются большим количеством послеоперационных осложнений и высокой послеоперационной летальностью.

Декомпенсация кровообращения с развитием критической ишемии нижних конечностей (КИНК) в 20-70 % случаев осложняет течение хронических облитерирующих заболеваний периферических артерий [1, 2].

Возможности консервативного лечения и непрямых методов реваскуляризации в случаях КИНК, как правило, уже исчерпаны и необходима только артериальная реконструкция, которая зачастую невозможна или технически очень сложна вследствие мультифокального поражения сосудов, а наличие очага деструкции на стопе создает крайне высокий риск развития послеоперационных гнойных осложнений, в том числе инфицирования сосудистых трансплантатов [3, 4, 5].

Частота больших ампутаций, исходя из крупных популяционных или национальных регистров, варьирует от 120 до 500 на 1 млн жителей в год [6]. В России среднее ежегодное число больших ампутаций сосудистого генеза достигло 300 на 1 млн населения в год [7]. Достаточно высоким остается и процент летальных исходов: в раннем послеоперационном периоде при трансметатарзальной ампутации стопы он достигает 5,6 %, при ампутациях голени — 5-10 %, бедра — 15-20 %. Летальность у больных с КИНК в течение 30 дней после высокой ампутации достигает 25-39 %, в течение 2 лет — 25-56 %, а через 5 лет 50-84 % [8, 9, 10].

Таким образом, несмотря на дальнейшее развитие сосудистой хирургии, многие вопросы, связанные с лечением больных старших возрастных групп с облитерирующим атеросклерозом сосудов нижних конечностей, остаются нерешенными. Качество диагностических и лечебных мероприятий по-прежнему зависит от профиля лечебного учреждения, наличия в нем отделения хирургии сосудов, субъективного отношения врачей к тем или иным методам лечения, их знаний и опыта в этой области.

Несмотря на детальную разработку методики ампутации нижних конечностей и анестезиолого-реаниматологического обеспечения хирургического лечения больных ОАСНК, риск развития послеоперационных осложнений со стороны дыхательной и сердечно-сосудистой систем в раннем периоде после вмешательства остается высоким, что заставляет осуществлять поиск критериев выбора индивидуального подхода при предоперационной подготовке, ведению наркоза и раннего послеоперационного периода у этой категории больных. Данное обстоятельство является побудительным мотивом к специальному научному исследованию по созданию эффективной системы прогнозирования развития неблагоприятного течения послеоперационного периода у пациентов, перенесших ампутации нижних конечностей.

Материал и методы исследования

В ГУЗ «Госпиталь для ветеранов войн» с 01.01.2007 по 31.12.2009 г. выполнено 514 ампутаций по поводу облитерирующего атеросклероза сосудов нижних конечностей больным пожилого и старческого возраста. Сведения о возрасте пациентов и их половой принадлежности представлены в табл. 1

Таблица 1

Распределение больных с учетом возраста и пола

Возрастные группы, лет

Как следует из данных, представленных в табл. 1, большинство пациентов составили мужчины в возрасте старше 70-79 лет — 120 человек (23,4 %). Для регистрации сведений о пациентах была разработана специальная карта, включающая 88 параметров: сведения о местном и локальном объективном статусе, данные лабораторных и инструментальных методов обследования, условия проведения ампутации нижней конечности по поводу ОАСНК и др.

Среди 514 больных ОАСНК, перенесших ампутацию нижней конечности, в раннем послеоперационном периоде умерли 132 человека (25,7 %). Первую группу составили 382 пациента (74,3 %), у которых осложнений не было или послеоперационные осложнения со стороны дыхательной и сердечно-сосудистой систем не привели к летальному исходу.

Вторая группа представлена 132 больными (25,7 %) с развившимися в послеоперационном периоде осложнениями, которые закончились летальным исходом.

Данные о больных 1-й и 2-й групп были использованы для формирования обучающей матрицы при создании программы прогноза неблагоприятного течения послеоперационного периода у пациентов, перенесших ампутации нижних конечностей.

Результаты исследования и их обсуждение

Исследования в целях прогнозирования клинического течения заболевания должны быть клинико-статистическими и удовлетворять требованию универсальной последовательности с учетом этапов обработки данных. Адекватная реализация алгоритма прогнозирования угрожающих жизни осложнений у пациентов, перенесших ампутации нижних конечностей при использовании современной компьютерной техники, позволяет предотвратить эвристический подход к проблемам современной медицины.

В работе предпринята попытка создания эффективной системы прогнозирования неблагоприятного течения послеоперационного периода у пациентов, перенесших ампутации нижних конечностей.

При построении программы прогноза применен метод последовательного анализа А. Вальда (1960). Основными преимуществами этого метода являются близость к алгоритму врачебного мышления, выполнение прогноза по комплексу ведущих признаков, возможность прогноза по неполному набору признаков. Согласно этому методу, при наличии А и Б состояний, характеризующихся одними и теми же признаками (симптомами), путем последовательного суммирования логарифмов (l) соотношений вероятности появления отдельных симптомов при состоянии А и вероятности их появления при состоянии Б можно постепенно накопить информацию, позволяющую с заданной точностью дифференцировать эти состояния. Если за величину ошибки при диагностике состояния А принять d, а за величину ошибки при диагностике состояния Б — b, то при сумме логарифмов указанных соотношений, большей, чем ln (l — d/b), с установленным уровнем надежности можно диагностировать состояние А, при сумме логарифмов меньшей, чем ln (d/l — b) — состояние Б, при сумме логарифмов внутри указанного диапазона делается вывод о неопределенной оценке для заданного уровня надежности.

Читайте также:  Прамирацетам плато

Изучение клинических, лабораторных и инструментальных данных, отражающих состояние пациентов, перенесших операцию, позволило отобрать 19 параметров (18 из них определяются до операции, 1 — во время вмешательства), наиболее информативных по частоте обнаружения при осложненном и неосложненном течении послеоперационного периода. Это были пол, возраст, вид госпитализации, сведения о текущем состоянии пациента (сведения о наличии сопутствующей патологии, стадии ишемии, курении, данных о давности заболевания), о сроке предоперационной подготовки, условиях проведения оперативного вмешательства по поводу ОАСНК (сезон операции), риске анестезии и виде анестезиологического пособия и др.

Структура распределения признаков с учетом развития общих осложнений в послеоперационном периоде представлена в табл. 2. Анализ генеза осложнений с учетом ретроспективного изучения сведений о клинических наблюдениях позволил выявить тот факт, что ни один из факторов в отдельности не может быть однозначным критерием прогноза развития осложнений со стороны сердечно-сосудистой и дыхательной систем у пациентов, перенесших ампутацию нижних конечностей. Вместе с тем установлено, что при обследовании пациентов с ОАСНК целесообразно обращать особое внимание на ряд (как мы считаем — 19) критериев, позволяющих прогнозировать развитие летального исхода в послеоперационном периоде. Выбрав наиболее информативные критерии прогноза, мы рассчитали их весовые коэффициенты. Для каждого из выбранных 19 показателей вычислялся индекс отношения частоты его встречаемости при неосложненном течении послеоперационного периода относительно осложненного периода, а также натуральный алгоритм этого индекса. Для удобства расчетов дробные значения логарифмов заменялись эквивалентными десятикратно увеличенными целыми числами условных единиц (усл. ед.). Полученные числа представляли весовой коэффициент прогноза для соответствующего признака (табл. 2).

Таблица 2

Частота наблюдений и весовые коэффициенты признаков прогноза развития неблагоприятного течения послеоперационного периода у пациентов,
перенесших ампутации нижних конечностей

Весовой коэффициент прогноза

с благоприятным исходом (n = 382)

с летальным исходом (n = 132)

Отношение к курению

нет ЯБЖ или ДПК

хронический пиелонефрит есть

хронический пиелонефрит нет

цереброваскулярная болезнь ДЭ 1

цереброваскулярная болезнь ДЭ 2

цереброваскулярная болезнь ДЭ 3

Показания к операции

Риск анестезии по ASA

Ампутационный сегмент конечности

бедро: верхняя треть

бедро: средняя треть

бедро: нижняя треть

от 1 до 3 месяцев

от 3 до 6 месяцев

от 6 месяцев до 1 года

от 1 года до 2 лет

Время проведения операции

Срок предопер. подготовки

от 1 до 23 часов

от 24 до 47 часов

от 48 до 71 часов

от 72 до 95 часов

Длительность операции (мин.)

Для прогноза на каждый выбранный признак определяли адекватное значение или диапазон значений и вычисляли соответствующие им весовые коэффициенты. Сумма коэффициентов по всем 19 показателям составляла индекс прогноза (ИП).

Значения ИП рассчитывали для точности заключения в 95 %, при доверительном интервале от -14 до 14 у. е. При ИП большем или равном 14 у. е. с вероятностью более 80 % можно ожидать течение послеоперационного периода без развития осложнений, с риском летального исхода. Если ИП меньше -14 у. е., то с такой же вероятностью можно ожидать летальный исход. При величине ИП от -14 до +14 у. е. прогноз оставался неопределенным, однако существует возможность выявления уровня вероятности положительного или отрицательного прогноза для определения врачом дальнейшей оптимальной тактики лечения больного.

В течение 2010 года в Госпитале для Ветеранов Войн ампутацию нижней конечности по поводу критической ишемии перенесли 180 пациентов пожилого и старческого возраста. Данные об этих клинических наблюдениях легли в основу проспективного исследования. Все пациенты прооперированы как в плановом, так и в экстренном порядке. В раннем послеоперационном периоде умерли 35 больных. Выписаны из Госпиталя для Ветеранов Войн 145 человек. Апробация программы показала, что из 52 наблюдений с риском развития, который был спрогнозирован математически, в раннем послеоперационном периоде умерли 35 (19,4 %) пациентов. У больных с неблагоприятным прогнозом применяли профилактические мероприятия —
коррекцию предоперационной подготовки; современные кровезаменители; использование высокотехнологичного мониторинга, обеспечивающего распознавание критических ситуаций, адекватное медикаментозное ведение в раннем послеоперационном периоде, что включало в себя назначение дезинтоксикационных, сосудистых, препаратов, лекарственных средств, улучшающих реологические свойства крови, симптоматическую терапию и др.

Выводы

Проанализированные ретроспективно данные подтверждают правильность выбора прогностических критериев развития летального исхода в послеоперационном периоде у пациентов, перенесших ампутации нижних конечностей. Прогнозирование осложнений со стороны дыхательной и сердечно-сосудистой систем у больных, перенесших ампутацию нижней конечности по поводу ОАСНК, возможно до проведения операционного вмешательства. Учет прогностических критериев и предоперационная профилактика позволяют достоверно снизить частоту летальности у этой категории больных.

Разработанная математическая модель прогноза осложненного течения раннего послеоперационного периода у больных старших возрастных групп, перенесших ампутации нижних конечностей по поводу ОАСНК, позволяет не только прогнозировать неблагоприятное течение, но и определять негативные факторы, предрасполагающие к летальному исходу. Она помогает определить пути снижения риска и тяжести послеоперационных осложнений (нормализация показателей гемодинамики, выбор метода анестезии и т.д.). Разработанная на базе алгоритма программа также может быть использована в процессе повышения квалификации хирургов. Путем моделирования различных вариантов исходного состояния пациента и особенностей предоперационного и интраоперационного периодов, отвечая на вопрос, «что будет, если . », обучающиеся врачи смогут быстрее формировать концепцию ведения больных с критической ишемией нижних конечностей.

Таким образом, ретроспективное изучение данных о больных, перенесших ампутации нижних конечностей по поводу ОАСНК, позволило создать программу прогноза развития неблагоприятных осложнений в послеоперационном периоде. Информационная способность предложенной программы составляет 80 %. Полученные данные позволяют прогнозировать развитие летального исхода в раннем послеоперационном периоде у больных старших возрастных групп, перенесших ампутации нижних конечностей по поводу ОАСНК и предпринимать своевременные меры профилактики в каждом конкретном случае.

Список литературы

  1. Савельев B.C. Критическая ишемия нижних конечностей / B.C. Савельев, В.М. Кошкин. — М.: Медицина, 1997. — 160 с.
  2. Sottiurai V. Extensive revascularization or primary amputation: which patients with critical limb ischemia should not be revascularized? / V. Sottiurai, J. White // Vasc. Surg. — 2007. — Vol.20, №1. — P. 68-72.
  3. Покровский А.В. Состояние сосудистой хирургии в России в 2008 году. — М.: Медицина, 2009. — 86 с.
  4. Desmond D. Pain and psychosocial adjustment to lower limb amputation amongst prosthesis users / D. Desmond, P. Gallagher, D. Henderson-Slater // Prosthet. Orthot. Int. — 2008. — Vol.2, №32. — P. 244-252.
  5. Bashir E. Aggressive revascularization in patients with critical lower limbs ischemia / E. Bashir // J. Ayub. Med. Coll. Abbottabad. — 2005. — Vol. 17, №4. — P. 36-39.
  6. TASC/2 Management of Peripheral Arterial Disease (PAD) Trans-Atlantic Inter-Society, Consensus (TASC) // J. Vascular. Surgery. — 2007. — Vol.31, №1, part 2. — P. 287.
  7. Дуданов И.П. Критическая ишемия нижних конечностей в преклонном и старческом возрасте / И.П. Дуданов, М.Ю. Капутин, А.В. Карпов. — М.: Петрозаводск: Изд-во Петрозаводского гос. ун-та, 2009. — 160 с.
  8. Евдокимов А.Г. Болезни артерий и вен / А.Г. Евдокимов, В.Д. Тополянский. — М.: Медицина, 2006. — 157 с.
  9. Abou-Zamzam А. А prospective analysis of critical limb ischemia: factors leading to major primary amputation versus revascularization / А. Abou-Zamzam, N. Gomez, А. Molkara // Ann. Vasc. Surg. — 2007. — Vol. 21, №4. — P. 458-463.
  10. Baars E. Lower leg amputation due to critical limb ischaemia: morbidity, mortality and rehabilitation potential /E. Baars, C. Emmelot , J. Geertzen // Ned. Tijdschr. Geneeskd. — 2007. — Vol. 151, №49. — P. 2751-2752.
Читайте также:  Как сделать красное горло за 5 минут в домашних условиях

Рецензенты:

Мовчан К.Н., д.м.н., профессор, зам. директора по организации контроля качества Медицинской помощи СПб ГУЗ «МИАЦ» им. Н.Д.Монастырского, профессор кафедры хирургии ГОУ ДПО «СПбМАПО»,
г. Санкт-Петербург;

Линник С.А., д.м.н., профессор, зав. кафедрой травматологии, ортопедии и военно-полевой хирургии с курсом стоматологии ГОУ ВПО «СПбГМА им. И.И.Мечникова», г. Санкт-Петербург.

‘, ‘label’: », ‘textCols’ : [«»,»»,»»,»»], ‘copyright’ : », ‘bgPos’ : ‘center center’ >, ]»>

На голове — тяжелый шлем, в ушах — грохот мотора, и дельталет постепенно набирает скорость. На взлете она небольшая — ты как будто катишься по «американским горкам». Но страшно так, что думаешь: «Боже, зачем я в это ввязалась, никто же не просил, сидела бы на земле!» Минута — и ты уже в воздухе. Скорость не ощущается вообще — ты как будто просто идешь по небу. И больше не страшно. «И у меня в первый раз было ощущение, что все страхи остались на земле, — говорит мне Лена. — В небе их нет».

«Мы здоровые нормальные люди»

Мы стоим в поле и ждем, пока прилетит дельталет. На Лене короткие шорты и купальник под кофтой: сегодня жарко. У нее нет правой руки, а вместо правой ноги — протез. Но назвать ее инвалидом невозможно — скорее, она кажется киборгом из фантастических книг. «Я вообще не считаю людей с ампутациями инвалидами. Мы здоровые нормальные люди, — говорит она. — Подумаешь, нет ноги или руки. Какая разница? Главное — есть голова и сердце».

«Я вхожу в метро — все штабелями падают и смотрят, потому что такого не видели», — смеется Лена

Шесть лет назад на трассе Москва — Рига Лена попала в аварию. «Я была за рулем и, скорее всего, лопнуло колесо, — вспоминает она. — Машину ударило об столб, тот ее придавил. Мне повезло: я ехала на большом джипе. Была бы другая машина, меня бы раздавило, как лягушку. А так я просто вылетела из автомобиля». Ногу оторвало сразу, а руку ампутировали уже в больнице — она была сильно отбита.

Я носила длинные волосы — ниже попы. Их пришлось отрезать: они все были в крови, страшное зрелище. Мне было жалко их! Все говорили: Ленка, волосы отрастут, ты что. А я понимала, что отрастут они лет через пять-шесть, и это будет просто пошлость: в 40 лет с волосами до попы ходить!

После таких аварий люди остаются прикованными к постели. Лену выписали из больницы через два месяца: у нее не повредился ни один внутренний орган. «Я не считаю, что я пострадала, — говорит она. — Ну да, нет ноги и руки. Но это вообще ничто».

Это мотоциклетный шлем — он защищает не хуже, чем специальный шлем для дельталетов

Вместо ноги поставили протез, а с рукой не получилось: Лена не знала, что культе нужны специальные упражнения и массаж, и мышцы атрофировались. Еще девушку мучили фантомные боли: это когда болит нога, которой нет. «Чувство такое, словно тебя рубят топором, а топор подключен к току, — вспоминает она. — Не можешь ни спать, ни дышать, ни есть. Меня спасла йога и правильное дыхание». Пришлось заново учиться всему: жить, двигаться и даже заниматься бытом.

Попробуйте порезать хлеб левой рукой! Надо было приноровиться — как он стоит, в какой момент он может за ножом поехать… Я пять лет училась готовить левой рукой. Сейчас я чищу картошку, морковку. Могу научить

Однажды Лена поняла, что справилась сама и может помочь другим. И учредила фонд помощи инвалидам «Подари любовь миру». А потом соучредитель фонда Марина и ее муж Алексей предложили ей полетать на дельталете. «Я попробовала. Потом прыгнула с парашютом. И поняла, что этим надо делиться, — рассказывает она. — Особенно это нужно людям с инвалидностью. Те, кто уже пережил травму, чаще готовы на что-то новое». Так два года назад появился проект «Мне бы в небо». За это время «неботерапией» занялись десятки людей.

Дельталетом управляет пилот. Пассажирское место одно, девушки катаются по очереди

Сегодня вместе с Леной полетят Ольга и Настя. Ольга уже была в небе, а для Насти это будет впервые.

Дельталет приземляется. За рулем — пилот Илья: остальные здесь только катаются как пассажиры. Лена садится первая. «Сделай хорошее фото отсюда, чтоб протез был виден!» — кричит она фотографу. «Она еще и командует!» — смеется кто-то.

Лена не боится: она уже хорошо знакома и с дельталетом, и с парашютом

«Я стала тем человеком, которым была до болезни»

Настя боится высоты. «Мы просто сборище сумасшедших, — говорит она. — А если наверху материться, тут это услышат?» «Лена однажды орала так, что внизу было слышно, — отвечает Марина. — Но она кричала: «Это круче, чем секс».

Читайте также:  Наросты в матке что это

Насте 27, у нее бархатистый голос — она работает в музыкальном театре. Она и сейчас выглядит так, словно ей пора на сцену: туфли на танкетке, пышные распущенные волосы и накладные ресницы. Здесь, в поле, где трава растет по пояс и можно встретить ежа или змею, это выглядит странно.

«У меня шрам во всю ногу, я не могу надеть короткое платье или шорты», — говорит Настя

Настя вынуждена носить каблуки всегда: при операции ей повредили стопу, и на плоской подошве она часто спотыкается. А волосы и ресницы выпали при химиотерапии. У Насти была саркома голени, ей поставили эндопротез. Это значит, что нога не ампутирована, но часть кости — «не своя». А потом болезнь дала метастазы в легкие. Девушка лечится до сих пор, сейчас опухоль «остановилась» — пока это максимально хороший результат.

Как-то ко мне таксист подъезжает и говорит: «Перейдите дорогу, мне здесь неудобно крутиться». Отвечаю: «Я после операции, можете подъехать сами?» Подъезжает, я иду на каблуках и хромаю. Он на меня смотрит как на больную. У меня даже бывший муж иногда говорит: «Ты опять на каблуках». Я отвечаю: «Ты семь лет со мной жил, ты знаешь, почему я ношу каблуки!» Он до сих пор до конца не понял

Ольга, наоборот, за всю свою жизнь — ей 38 — не успела поносить ни каблуков, ни мини-юбок. У них с Настей похожие истории: в 12 Оле поставили диагноз «саркома бедра». Спустя семь лет лечения девушка сама попросила ампутировать ей ногу: слишком устала постоянно лежать в больницах.

«После ампутации появилось много страхов. Страх высоты. Страх остаться одной. Страх всего по жизни», — вспоминает Ольга

У человека, потерявшего ногу, появляются проблемы, о которых здоровые люди не задумываются. Зимой скользко, протез носить страшно. А к весне мышцы успевают атрофироваться, и приходится учиться ходить заново. Летом, наоборот, протез используется постоянно, и культя растирается до крови и волдырей.

А еще возникает много страхов. Страшно упасть — можно повредить культю, и тогда не наденешь протез. Страшно вылезать из ванной, идти по тонкому мосту. Страшно, что прямо на улице понадобится помощь. «Многие из нас боятся даже в метро зайти, — говорит Ольга. — Один мой друг с ампутированной ногой ходит только от дома до машины».

Теперь Ольга не боится летать и даже готова надеть бриджи и показать протез. Она не решалась сделать это 17 лет

Но главный страх — перед людьми. Ольга лишь десять лет спустя после ампутации начала рассказывать людям, что ей отрезали ногу. Сегодня она впервые с 19 лет надела бриджи. «Для меня большой героизм — показать протез, — говорит она. — Многие считают, что, если у тебя нет руки или ноги, ты уже не человек».

Некоторые знакомые спрашивают: «Как себя чувствует твоя ножка?» Какая ножка? У меня ее нет. Я отвечаю: «Протез поживает хорошо, а здоровая не устала». Меня раздражает, когда на протез смотрят. Я не люблю, если мне руку подают, когда я встаю. А когда я убираюсь в квартире и муж кидается мне помогать, могу на него зарычать: «Я хочу сделать это сама». Главное — не надо нас жалеть

До того как впервые сесть в дельталет, Ольга боялась высоты. Причем этот страх появился у нее только после ампутации. Потом она прыгнула с парашютом. «Эти полеты выбили все, — говорит она. — Я стала тем человеком, которым была до болезни». Скоро Ольге должны сделать протез, с которым можно будет носить каблуки. Она высокая, но очень этого ждет. «Мне так джинсы надоели! — говорит она. — Столько лет из них не вылезаю. Я пока не решусь на такое мини, как у Лены. Но очень хочется надеть платье или юбку».

Полет длится около пяти минут. Скорость — около 100 км/ч, но в небе она не ощущается

«Теперь я и на парашют решусь»

Настя садится в дельталет третьей. На нее надевают шлем, пристегивают ремень. Ремня для безопасности хватает, но те, кто летят впервые, обычно держатся за специальные ручки — от страха. Она с детства панически боится высоты и до последнего не была уверена, что решится. Ей объясняют: если захочешь поскорее приземлиться, постучи пилота по плечу, голоса он не услышит. «Ты в первый раз летишь? — улыбается пилот Илья. — А я в третий». Это, конечно, шутка: Илья — мастер спорта и летает не первый год.

Дельталет делает первый круг, мы смотрим на Настю — она крепко держится за ручки. «Ну вроде по плечу не постучала…» — «Это она просто руки оторвать боится!»

Настя даже на самолете никогда не летала. Дельталет — ее первое «знакомство с небом»

«Там холодно, там очень холодно!» — кричит Настя, оказавшись на земле. Она улыбается не переставая — говорит, что «не может сжать мышцы лица».

«Сначала очень страшно, потом уже интересно, а под конец просто кайфуешь, — признается Настя. — Я максимум была в детстве на колесе обозрения, а тут… Мне кажется, теперь я и на парашют решусь. Самая большая дурь в нашей жизни — то, что мы боимся. Лучше сделать. Даже если не получится — ну и бог с ним».

«У меня мыслей в голове ноль. Только ощущения», — говорит Настя после полета

Побывав раз в небе, почти все участники проекта хотят еще и решаются на большее. Они перестают бояться чужих взглядов и слов о том, что «пусть больные сидят дома и не высовываются». Они просто запоминают, что могут больше. «Этот адреналин дает толчок, помогает выйти из стресса, — говорит Лена. — Все страхи живут у нас в голове. Вообще все проблемы — у нас в голове».

Сейчас Лена готовится к международным соревнованиям по паракарате. И хотя у нее нет правой руки, она может победить все что угодно. Одной левой.

Ссылка на основную публикацию
Сколько заразен ребенок после энтеровируса
Как не оказаться на больничном в разгар отпуска и каникул - далее. Одной из самых распространенных «летних» инфекций считается энтеровирусная....
Сколько длится нормальный сон взрослого человека
Достаточно ли вы спите? Узнайте, сколько сна необходимо новорождённым, младенцам, малышам, дошкольникам, школярам, подросткам, молодым людям, взрослым и пожилым. Своим...
Сколько длится операция акш
Памятка для пациентов, перенесших операцию на открытом сердце Первичный восстановительный период продолжается примерно 30-45 дней. В течение этого времени пациент...
Сколько зарастает пирсинг пупка
Пирсинг пупка – наверное, самый популярный прокол после ушей. По сравнению с остальными видами пирсинга он менее болезненный, быстрее заживает...
Adblock detector